Русская редакция RFE / RL

Газета Выборы

Республика

Трудовой вестник

Die Zeit

Владимир Цибулько

Ежедневный Журнал

Политика

Александр Сушинский

Блог

Наше Слово

Frankfurter Allgemeine Zeitung

grani.ru

Національний інститут стратегічних досліджень

Радио Эхо Москвы

Юрий Рашкевич

Süddeutsche Zeitung

Дневник

Виталий Елисеев

The Guardian

Егупец

Роман Кечур

Русский журнал

Иностранные дела

И взаимных оскорблений к цивилизованному обмену мнениями - можно и нужно.
Перечень примеров, когда память одного народа вступает в конфликт с памятью другого народа, можно продолжать и дальше. В этих противоречиях нет решительно ничего плохого, наоборот: если относиться к ним с должным пониманием, они лишь обогащают историческое сознание каждого народа, делают наши представления о прошлом более объемными.

***

В той области истории, которой занимается Общество "Мемориал", - в истории советского государственного террора - эта разница в оценках и понимании оказалась не менее болезненной, чем в других отраслях. Трагедии прошлого, неосознанные и неосмысленные или осмысленные лицемерно и поверхностно, становятся основанием для новых историко-политических мифов, влияют на национальные менталитеты, искажают их, сталкивают между собой страны и народы.
Почти во всех странах бывшего "социалистического лагеря" процветают ныне те формы историко-политической рефлексии, которые позволяют представить "свои" страдания исключительно как результат "чужой" злой воли. Диктатуру и террор позиционируют прежде всего как направленные против нации, а тех, кто их совершал - как "чужаков" или чужих марионеток. То обстоятельство, что коммунистические режимы в этих странах на протяжении многих лет опирались не только на советские штыки, но и на определенные внутренние ресурсы, - постепенно исчезает из национальной памяти.
При этом к краю обостряются историко-правовые оценки происходившего: например, расхожей монетой в политическом лексиконе целого ряда посткоммунистических стран стало слово "геноцид".

Дата: 23 июня 2011