Из них - это также жертвы украинского национализма. То, что отличает резню на Волыни из всех известных истории этнических преступлений, - это невероятное зверство преступников. Ни сталинское НКВД, ни гитлеровские айнзацгруппы НЕ похвалялись личной жестокостью. Резуны из ОУН-УПА и из других националистических формирований похоже находили в этом особое удовольствие.
Официальные курьеры лондонского правительства и командования УПА, делегированные в 1942 г. на переговоры с командованием УПА о совместной борьбе с немцами, не были просто расстреляны, их живьем разорвали лошадьми. Так же издевались над обычными жертвами убийств. Даже мужу с крепкими нервами трудно выдержать чтение воспоминаний, в которых непрерывно повторяется вырывание языков, выкалывание глаз, вбивания в головы гвоздей, вырезание беременным женщинам плодов, отсечение конечностей, трудолюбивое и адское профанування трупов, нанесения всевозможных рафинированно садистских мук. Трудно сказать, насколько это были проявления одичания убийц, а какой - эффект холодного расчета, - ведь речь шла о том, чтобы вызвать у тех, кого не удастся убить, такой страх, чтобы они как можно скорее покинули территорию Великой Украины.
Понятно (но это вовсе не означает, что оправданно), - люди, которым таким ужасным способом перебили всю родню, иногда безумно искали мести. Весомым было количество поляков, которые для того, чтобы ее сделать, вступали в ряды немецких формирований, чтобы принять участие в истреблении украинского населения.

Дата: 19 июля 2011