И вообще забыть.
С.Б.: Я к тому, что Вилдерс сводит весь ислам в таких цитат, - это все равно что свести весь иудаизм к началу Торы.
Е.А.: Да об этом и нужно спорить. Когда антисемиты используют "Кицур Шульхан Арух", книгу, сокращенное издание которой появились в XVI веке в форме настольной книги, то они забывают сказать, что эта книга появилась в определенных исторических условиях, это наставление, как выжить евреям в диаспоре , в условиях ужасного антисемитизма, погромов, когда в Гамбурге на воротах еще висело объявление: "Проход для животных и евреев". Но это проблема человеческого невежества, того, что требует просвещения, объяснение, дискуссии. А если ты запрещаешь, то, по сути, соглашаешься, что это экстремистская книга, но мы об этом не говорить, потому что мы кого боимся обидеть.
С.Б.: Так, любой достаточно пропагандистский произведение, направленное против какой религии или народа в целом, нельзя запрещать, а нужно его подвергать дискуссии?
Е.А.: Обязательно.
С.Б.: И это касается также антихристианских, антисемитских, антибуддистських, антитибетських писаний.
Е.А.: Абсолютно.
С.Б.: То есть все можно, но все должно быть в контексте?
Е.А.: Да, безусловно. В Европе есть только одна полусвободное страна по классификации международных мониторинговых агентств [Беларусь. - Z]. Остальные страны свободны. Если Европа пойдет по пути запретов, ограничения свободы слова, то это будет в действительности занавес для Европы.
С.Б.: Тогда как ты относишься, например, к запрету отрицание Холокоста, считается уголовным преступлением, или отрицание истребления армян?
Е.А.: Во-первых, этот запрет существует в Германии [а также в Австрии, Франции, ряде других государств, на территории которых происходил геноцид, подобное законодательное регулирование дискутируется в Украину .

Дата: 03 июня 2011